Роман "21"

4

Сделай мне снова

Пустая квартира встречает ароматом духов и пиццы. После отъезда Аллы стало в пять раз просторнее. Исчезли все милые фенечки и бесчисленные пакеты из модных стоков. Чтобы заглушить тоску, я  включаю комп и ныряю в сеть. Это примерно как подключить мозг к вселенскому разуму. Относительно безвредный наркотик, позволяющий немного унять боль. Иллюзия того, что все люди в мире чем-нибудь связаны. Новая религия опустевшего мира, погруженного в индустриальный кошмар. Богозаменитель 21.
После краткого обзора любимых сайтов и коммуникаторов, я обнаруживаю, что Вэт снова добавил меня в icq и список контактов.  Аватар ребенка с лицом убийцы вызывает легкую дрожь и неприятный холод на дне желудка. Как будто мне предстоит сдавать экзамены или пройти осмотр в кресле зубного врача. «Это всего лишь текст!» - утешающе шепчу я себе. В ответ в желудке что-то жалостливо булькает.
  Форвэт оставил несколько комментариев к моим будничным постам. Ничего стоящего — сплошные реверансы и неуклюжие попытки польстить. Я пробегаю глазами последние теги его ЖЖ. Тексты пестрят излияниями о ненависти к миру, неудавшихся оргиях и великовозрастных пассиях, бивших наотмашь за плохой секс.
В январе Вэт выложил в дневник 12 новых фото. В знак страстной любви к самому себе. На 10 из 12 снимков он прекрасен, на двух выглядит как манекенщик времен героинового шика. Огромные голубые глаза смотрят в камеру зачарованно и грустно, светлые волосы небрежно откинуты назад. Наверняка, он чистая копия своей сумасшедшей мамаши. А это худшее, что может случиться в жизни.
Лирический герой Вэта живет только сексом, сигаретным дымом и музыкой. Я пытаюсь убедить себя в том, что в жизни он всего лишь смазливый студент психфака,  с легкостью  меняющий женщин и собственные моральные установки. На одной из страниц  несколько фото «идеальных женщин» - Тина Канделаки, Ольга Шелест и Ольга Кабо.

Я не похожа ни на одну из них. Плохо.
 Пользователь ForWhat  в сети. Как будто он может быть где-то еще.
Наши беседы всегда вызывают у меня ощущение потока, текущего из никуда в вечность. Разговоры без внятного начала и обозримого конца. Бессмысленный сетевой треп, обесценивающий  самые важные  мысли. 
Он всегда здоровался первым.
- Как ты?
- Что за глупый вопрос. Как всегда.
- Рассержена?
- Вовсе нет. Просто немного устала и хочу выпить.
- Что-то мешает?
- Только лень и нежелание ехать в бар.
- Составить компанию?
- Ммм.
- Составить компанию?
- Да.
- Что ты предпочитаешь?
- Мне безразлично. Что-нибудь покрепче.
- Коньяк?
- Сойдет.
- Я буду в десять.
Форвэт приезжает ровно в 22.00. От него предательски пахнет духами и гелем для душа. Когда парень появляется на пороге  в таком виде, трудно притворяться, что дело не кончится сексом. Я беззаботно смеюсь, стараясь не думать о том, что внизу живота начинают плескаться жемчужные рыбки.
     Преодолевая неловкость, Форвэт выдает рассказ о своих московских друзьях, новых музыкальных треках и планах на ближайший месяц. Если он замолчит,  неловкая тишина заставит задуматься об истинном ходе вещей.  Мне  хочется отдаться, но не сразу, не так откровенно и пошло. Не сейчас.
 Форвэт сидит напротив, поправляя волосы по-женски изящным  жестом.
- Уже можно начать?
- Самое время.
- Тебе разбавить?
- Не стоит.
Вэт наполняет коньяком винные бокалы и мы поднимаем тост за друзей и приятные встречи.  Вместо того, чтобы признаться в желании переспать друг с другом, мы рассуждаем о фильмах Финчера и последних тенденциях в литературе. Брачные игры интеллектуалов-неудачников. Говорю в основном я.
- Я просто не хотел терять тебя из виду. Ты хороший человек...ты — хорошая.
- «Хороший человек не профессия».
- Это сущность.
- Ты меня просто не знаешь. Переоцениваешь.
- Пьяный бабский треп. Я тебя знаю.
- Поспорим, что я сука?
Я опрокидываю пустую рюмку, после чего со второй попытки лихо  прикуриваю сигарету со стороны фильтра. Вэт отнимает у меня образовавшийся факел и зажигает новую сигарету, которую передает мне после пары коротких затяжек. Я с удивлением отмечаю интимность  жеста и медленно вплываю в густую черноту пьяного полусна. Мягкий вкус   сока и коньяка  смешивается со вкусом никотиновых поцелуев. Кто-то говорил, что целовать курильщиков — мерзко. Что за бред. Похоже на послевкусие крепкого кофе. В моей комнате тихо играет Кошин. Кажется, весь альбом про встречи и расставания. И любовь, которой давно пора положить конец.
Я прихожу в себя уже на кровати - в джинсах, но без футболки и лифчика. Форвэт бережно меня обнимает и шепчет в ухо бессвязный бред. Слишком поздно делать вид, что мы можем быть просто друзьями.
Будущее, о котором я так много думала, наконец наступило. Едва дыша, я поворачиваюсь к Вэту и растворяюсь в янтарном тепле его кожи.
Мне снится, что на улице идет снег.